Гребная лодка

Влечёт нас туда, где плетётся тростник, и склонённые ивы нежно плачут.…

Солнце взошло на вершину свою, Пересекая богатое клементиновое небо рассвета, Сжигая утреннюю пелену Туманной дымки, такой тонкой и хрупкой. Что он висит среди старых дубов, Неподвижный без дуновения ветра, Эфирный, как шелковый саван, И влажный, как разбавленное облако. Что катится с зеленеющего берега, Чтоб ползти по лесной подстилке, Влечая нас туда, где плетут камыши И склоненные ивы нежно плачут. Отбрасывая тени на гладь неподвижную, Где льются капли утренней росы, И древняя тропа искривленного дерева Над прохладной глубокой водой стояла. С выжженными солнцем бревнами беспорядочно лежащими руками, такими же выровненными, как зерно, Покрытые коркой соли, которая блестела на свету, И старыми волокнистыми веревками, которые отказались от борьбы.

На столбах стволов теперь высохших и расщепленных, Но стихии не покорявшихся И погружавшихся под поверхность вниз В глубины речного ила бурого. Скрип весел в обветренных, ржавых глыбах Встревожил гладь, словно камни В замкнутое озеро Швырнуло В безмятежную, стеклянную безмятежность. Но за те метрономические брызги, Призрачные в лучах высокого солнца, Что гнали нас с травянистого берега Туда, где тонула вся суматоха. Где во весь голос пели птицы, Радостно плясали на мягком, игривом ветерке, И наша аудитория состояла из одинокого облака, Беззаботного о страсти, сказанной вслух. И все, что осталось, было спокойно и свободно Мирное чувство спокойствия Где мы могли бы поделиться наедине словом Вдали от всего мира.

Окруженный оттенками зелени, Неподвижный, словно нарисованная сцена, Где посторонние глаза не могли ни видеть, ни слышать, И мы с тобою могли исчезнуть.

Похожие истории