Сегодня вечером в ней было что-то другое. Она была не просто надоедливой девушкой, которую я встретил год назад, когда мой отец решил переехать к ее матери; ее движения были плавными, когда она шла по танцполу к другому концу банкетного зала. Ее ноги, вытянутые во всю длину, на четырехдюймовых черных шпильках; открытым для всех наших глаз до середины ее бедер.
Те ноги, которые заставили меня полностью сосредоточиться на них, были подтянутыми, но нежными. Они были покрыты ее теплой ванильной кожей, которая пожирала меня внезапным желанием пробовать… и продолжать пробовать, пока я полностью не добрался до ее ног в ее плодородный рай. Сидя там, обхватив рукой мою замерзшую Корону, я представил, как те же чертовы бедра прижимаются к моей голове, когда она бьется в конвульсиях от блаженного удовольствия. Я сжал нижнюю губу при мысли об этом.
Семнадцатилетняя девочка сейчас была там, где хотела, — сидела вместе со своими кузенами на другом конце этого места. Джулиана — так ее зовут — оперлась на один из высоких табуретов, скрестив ноги и широко улыбаясь своим двоюродным братьям. Смех, сорвавшийся через несколько секунд с их губ, был приглушен громким грохотом музыки. Темные пряди распущенных локонов, которыми она так естественно владела, каскадом ниспадали ей на спину, останавливаясь на пояснице.
Они были как шелк… темный шелк. Темнота была идеальным контрастом с ее бледной, молочно-белой кожей. — Ты в порядке, Ман? тяжелая рука моей кузины легла мне на плечо, полностью вырвав меня из восхитительного транса, в котором я находился. Я отвел взгляд от Джулианы и перевел взгляд на Картера, моего кузена. С мягким, растерянным хмурым взглядом я спросил: «О чем вы говорите?» Картер криво улыбнулся мне: «Чувак, ты пялился на Джулиану так, словно собирался ее убить.
Что она теперь сделала?» Я была так очарована своими мыслями, что забыла смотреть сдержанно. Я быстро искал выход из этого разговора: «Я не знаю, о чем вы говорите». «Джо, ты смотрел на девушку больше десяти минут, даже не удосужившись моргнуть. Ты уверен, что с тобой все в порядке?» Картер усмехнулся.
«Я не знал, что смотрю на нее… Думаю, сегодня я просто не в себе», — я откинулся на спинку стула и сделал глоток своей «Короны». «Ну, — Картер похлопал меня по плечу, — сегодня она действительно выглядит горячо, так что я не виню тебя». С этими словами Картер исчез, чтобы пообщаться с остальными кузенами Джулианы.
Видите ли, мы были на восемнадцатилетии ее кузины. Картер был здесь просто как мой помощник, можно сказать. Мой отец был где-то с ее матерью, вероятно, выпивал и разговаривал с другими родственниками Джулианы.
Что оставило меня здесь… в одиночестве; один, чтобы наблюдать за ней в моем молчании. К моей радости, за те минуты, что Картер отвлек меня от моих мыслей, одежда Джулианы чуть-чуть задралась. Теперь все, что было прикрыто, это ее задница. Все еще скрестив ноги, она еще немного поерзала в кресле.
Движение только немного приподняло платье. Нижняя часть ее кремовой задницы теперь была открыта для меня, посылая волну неоспоримого жара в промежность моих темных потертых джинсов. — Черт, — пробормотал я, отводя от нее глаза и делая еще один глоток пива. Отчаянно нуждаясь в облегчении, я поднялся со стула и выбежал на улицу. Мгновенно прохладный воздух избавил меня от пыток, которые я только что пережил.
Каждый холодный ветерок резал мою кожу, заставляя меня лучше осознавать, что меня окружает. Я быстро провела языком по нижней губе, увлажняя принесенную ветром сухость. Я прижалась спиной к холодному кирпичному фасаду здания, тяжело вздохнула и откинула голову назад. Не прошло и пяти минут, как я услышал ее голос.
"Вы в порядке?" — спросила она. Я оторвал затылок от стены и медленно встретился с ней взглядом. Это были два темных шара, которые мерцали на фоне мягкого желтого света уличного фонаря.
— Я в порядке, — прохрипел мой голос. — Ты уверен? Лили сказала, что ты бросился оттуда, — продолжила она. — Я в порядке, Джулс, — изобразил я раздражение, чтобы она могла оставить меня в покое. «Если тебе здесь некомфортно, я могу спросить у мамы, могут ли они подбросить тебя до дома».
Я сделал еще один глоток «Короны», и она внимательно следила за моим движением. — Я сказал, что со мной все в порядке, — вздохнул я, придвигая бутылку пива к себе. Жюль молчал. Ее худое, но совершенное тело дрожало от каждого резкого порыва ветра. Ее глаза оторвались от бутылки и бросились мне в глаза: «Знаешь… в девятнадцать лет ты не должен пить, верно?» Я усмехнулся: «Джулс, я действительно выгляжу так, будто мне не все равно? Кроме того, моему папе наплевать».
"Я уверена, что он разозлится, если увидит тебя с таким напитком", - ее голос прозвучал высокомерно и резко. — Сомневаюсь, — я мягко покачал головой, когда она снова вздрогнула. «С каких это пор ты вообще пьешь?» Я еще раз усмехнулся: «Четырнадцать… пятнадцать… где-то там».
"Шутки в сторону?" ее шоколадные глаза расширились от недоумения. Я кивнул на ее вопрос, делая еще один глоток напитка. "Ты хочешь немного?" Я ухмыльнулся, наклонив горлышко бутылки к ней. «Нет, — засмеялся я, — нет». — Кто сказал? ее тонкие брови нахмурились от моего поддразнивания.
«Ты слишком похожа на принцессу, чтобы прикасаться к этим вещам», — продолжила я свою насмешку. «Я не принцесса», — закатила глаза она, перенеся вес на правую ногу. "Хорошо, тогда. Если ты не принцесса, почему бы тебе не попробовать?" — Потому что я не хочу, — огрызнулась она.
— Принцесса, — тихо пробормотал я. Раздраженное тихое рычание вырвалось из горла Джулианы, прежде чем она подошла ближе и взяла бутылку с холодом в свою маленькую руку. Мои глаза впились в нее, молча заставляя ее сделать глоток. Сделай это. Сделай это.
Сделай это. Медленно она поднесла горлышко бутылки к полным губам. Сделай это.
Сделай это. Сделай это. Ее глаза закрылись, когда она наклонила бутылку вверх и слегка запрокинула голову. Она сделала это.
Сильно поморщившись, она опустила бутылку и сунула ее мне в грудь. «Это ужасный вкус», — она вытерла тыльной стороной ладони о губы, вытирая все воспоминания о пиве. — Как ты можешь пить эту гадость? «Думаю, нужно время, чтобы привыкнуть», — пожал я плечами, беря бутылку из ее рук.
— Однако тебе следует зайти внутрь. Здесь холодно, и… ну, это платье не помогает тебе согреться. Джулиана посмотрела на то, что накрывало ее.
Крошечного кусочка тонкой ткани было недостаточно, чтобы удерживать тепло. — Думаю, ты прав. Это последний раз, когда я ношу эту штуку, — пробормотала она, одергивая подол своего платья. "Почему?" — глупо выпалил я, и она бросила на меня подозрительный взгляд.
«Что ты имеешь в виду под «почему?» — прорычала она. — Из-за этого я выгляжу шлюхой. Я покачал головой, парируя ее обвинение.
"Ты серьезно?" Джулиана усмехнулась: «Посмотри на меня и скажи, что это платье не распутное». Я закатила губы в рот, поскольку мои глаза сделали всю работу. Она дала мне разрешение посмотреть, и я, черт возьми, собирался воспользоваться этим. Ее ноги слегка дрожали, а руки были крепко скрещены на маленькой, но упругой груди. Ее челюсть быстро тряслась от холода.
Все в ней говорило о том, что она холодна, но ничто не говорило о том, что она похожа на шлюху. Конечно, платье было коротким и без бретелек, но она смогла его снять. Ее волосы играли идеальную вуаль на ее плечах и спине, скрывая обнаженную кожу сверху. «Ты не похожа на шлюху, — сказал я, — ты выглядишь… хорошо».
"Хороший?" — нахмурилась она в замешательстве. — Ага, — кивнул я, — мило. «Я стремилась к сексуальности, но в то же время стильно, — вздохнула она, — но я думаю, что это также и «приятная» работа». — И кого я могу спросить, для кого ты становилась сексуальной? Я усмехнулся. Жюль уже начала поворачиваться на месте, когда остановилась, чтобы ответить на мой вопрос: «Кто-нибудь».
Кто-то? Я думал. Прежде чем я успел вытянуть из нее что-нибудь еще, она уже была на пути внутрь. Я быстро допил остатки пива и вернулся в банкетный зал. К этому времени музыка изменилась. Играло медленное испанское регги, и, честно говоря, я не удивился.
В конце концов, она была пуэрториканкой. "Давай, Джо" Какая-то брюнетка потащила меня к танцполу. Пораженный шоком от притяжения, я не понимал, что происходит, пока она не остановилась посреди танцпола и не толкнула свой зад мне в пах. «Подожди, подожди, подожди, — мои руки уперлись в ее бедра, — я не танцую». «Танцуют все», — она еще раз замахнулась на меня задницей.
Я белый мальчик без ритма… Я не танцую. Я отстранился от нее, отступив назад, но ее рука схватила меня за запястье. Отчаявшись покинуть танцпол, я попытался стряхнуть с себя ее руку, но чертова девчонка была неумолима.
— Пойдем, — сказала она, подталкивая меня вперед. Я слегка споткнулся, и мой таз врезался в ее задницу. Не зная, что, черт возьми, делать, я просто стоял там, пока она танцевала. Ее круглая попка чудесно двигалась против меня, играя с моим застывшим членом. Судя по ее внешности, она была примерно возраста Джулс.
«Просто двигайся медленно», — ее рука переместилась к моему затылку, связывая нас вместе. Я посмотрел на людей вокруг нас. Все они были захвачены собственными движениями. Подражая им, я попытался обогнуть ее бедрами.
Я строю из себя задницу, подумал я. Через несколько секунд я почувствовал руки на своих бедрах. Я перевела взгляд через плечо и увидела улыбающуюся мне Джулиану. Ее руки уперлись мне в бедра, направляя их движения.
Затем я снова обратил внимание на девушку передо мной. Я попытался расслабиться и позволить Джулиане полностью контролировать мои бедра. Черт, я уже делал из себя задницу, так почему, черт возьми, нет? — Вот так, — пробормотала девушка, склонив голову мне на плечо. Я услышал, как Джулс хихикает позади меня, и ухмыльнулся про себя.
Она была пронырливой малышкой. Песня продолжала звучать, а ритм медленных толчков Жюля оставался на моих бедрах. Однако ее руки больше не были на моих бедрах.
Вместо этого они медленно ползли вверх по бокам моего живота, на ребра и, в конце концов, перебрались на спину. Она медленно гладила меня по спине, впитывая силу под серой футболкой с v-образным вырезом, которая была на мне. Стало сложно сосредоточиться на движениях моих бедер и девушки передо мной.
Мой разум хотел обратить внимание на ее руки. Он хотел, чтобы они были по всему моему телу, ощупывая и лаская каждый мой дюйм. Внезапно я почувствовал, как ее рука толкнула меня в правое плечо. Он медленно велел мне повернуться, и я последовал ее указанию.
Теперь она стояла передо мной. Другая девушка исчезла из моих мыслей. Все, на чем я мог сосредоточиться, были губы Джулс.
Они расплылись в лукавой ухмылке. Ее пальцы переплелись с моими, когда она повернулась и положила наши сжатые в кулаки руки на нижнюю часть живота. Пространство между нами сократилось, и теперь мой член прижимался к ее идеальной заднице.
Мгновенный прилив тепла прошел сквозь меня, как только она начала прижиматься ко мне. Мой желудок сгорел от потребности прижать ее к себе покрепче и погладить гладкость ее бедер. Я так жадно хотел попробовать на вкус ее идеальные полные губы, затащить ее в угол и трахать ее, пока ее ноги не ослабли. Мы продолжали двигаться, мои руки все еще сжимали ее, наши бедра ритмично двигались в такт музыке. Клубничный аромат ее волос проник в меня.
Это довело меня до такого состояния, что я почти забыл, что вокруг нас были люди. Ее затылок прижался к моему плечу, после чего тепло ее дыхания обрушилось на мою шею. Эта девушка убивала меня. С каждым всплеском дыхания на моей шее я съеживалась от того, что мои штаны уже заметно напряглись.
Мне было интересно, чувствует ли она это. Если да, то она не пыталась отстраниться. Однако она начала перекатываться вокруг моей груди. Ее плечо прижалось чуть выше моего соска, ее груди были плотно прижаты к моей груди. Ее голова оставалась опущенной, глаза были щелочками, а рот свободно отвисал.
Все в ней манило меня внутрь. Затем я почувствовал, как ее руки оторвались от моих, и я спокойно наблюдал, как она провела ими вверх по моему идеально точеному животу и на грудь. Ее нежные пальцы нашли некоторую силу и вцепились в грудь моей рубашки.
Это только заставило нас еще сильнее прижаться друг к другу. Мои руки рассеянно вцепились в ее бедра. Ее длинная нога скользнула по моей, пока ее бедро не коснулось моего бедра. Блядь. Блядь.
Блядь! Ее бедра начали медленно качаться вперед, затем назад, затем снова вперед. Проглотив камень, который образовался у меня в горле, я осмелился провести рукой по ее бедру. Медленно и легко я провел своей теплой ладонью по нежной кремовой коже.
Он был таким чертовски мягким под моим прикосновением. Наконец, я ухватился рукой за ее колено сзади, удерживая ее неподвижно. Я начал встречаться с ее движениями, даже не понимая, что то, что мы делаем, задирает ее платье. Достаточно скоро я встретился с ее холмиком, и она тихо застонала, прижавшись лбом к моей скуле.
Назад, затем вперед. Стон. Назад, затем вперед. Стон. Назад, затем вперед и удерживать.
Ее руки сжались вокруг моей рубашки, и она прикусила губу, чтобы не застонать громко. — Расслабься, — прошептала я Джулсу на ухо. Она просто покачала головой о мою щеку и сильнее прижалась к выпуклости на моих джинсах.
"Rela-" музыка внезапно изменилась. Я убрал руки с ее бедра и колена, но она не двигалась. Она оставалась прижатой ко мне, промежность ее трусиков прижималась к моему члену. Затем, словно одержимая музыкой, Джулиана начала прижиматься ко мне в быстром ритме песни. Ее нижняя губа оставалась зажатой между зубами, а глаза были зажмурены, когда удовольствие, охватившее ее тело, достигло новых высот.
Каждое ее движение сильно стимулировало ее чувствительный клитор. Ее тело стало жертвой ее естественного желания. — Джо, — тихо простонала она. «Тссс, — прошептал я ей, — люди смотрят».
— Джо, — повторила она долгим чувственным стоном. «Джулс, успокойся. Ты делаешь это так чертовски очевидно», — прохрипел я ей в ухо, пока она продолжала стимулировать нас обоих. Мои глаза на мгновение посмотрели на наши бьющиеся тела… просто чтобы убедиться, что ее задница не выставлена напоказ людям позади нее.
«Это так приятно, Джо», — прошептала она, уткнувшись носом в мою шею. «Я знаю, — простонал я от собственного блаженства, — но ты должен остановиться… люди смотрят». Прежде чем она успела возразить, ее тело потрясло себя первым оргазмом в ее жизни.
Мои руки мгновенно обвились вокруг ее тела, крепко прижав ее к груди, чтобы подавить дрожь, пробежавшую по ней в момент сексуального удовлетворения. Ее дыхание сбивалось и сбивалось, срывалось и срывалось, и еще срывалось и срывалось, пока она, наконец, не закончила. «Я думаю, ты только что втянул нас в неприятности», — прошептал я, когда ее бедро отпустило мое бедро. -Продолжение следует..