Сидя там на лестнице с Эдной, я не знал, испытывать ли к ней страсть или сострадание. Я видел слезу, стекающую по ее щеке, когда она рассказывала мне о состоянии здоровья, из-за которого она превратилась из верной жены с нормальными сексуальными желаниями в сексуально голодную женщину, которой нужно заниматься сексом любого рода, где угодно, с любым мужчиной. Я мог сказать, что ей не нравилось быть тем, кем она стала, но что она движима силой, которую она не может контролировать.
Повернувшись к ней, я обнял ее, надеясь, что это будет утешительное,.